Branded: Было много разговоров относительно Ваших планов на сотрудничество с XX Century Fox. Вы подписали с ними контракт?
Д.Р.: Да, у нас с Fox-ами контракт на совместное производство фильма по мотивам известного в России произведения А.С. Пушкина. Наверное, даже и в мировом масштабе, потому что «Евгений Онегин» был переведен на многие языки.  

Branded: Почему мейджоров интересует Россия? Ведь это не первая крупная компания, которая выходит на наш рынок.
Д.Р.: Тем, что производство здесь не требует таких значительных затрат, а значит, и риски здесь меньше. И продавать свой продукт им гораздо легче, чем independent студиям по простой причине: у них большие пакеты прав, которыми они уже владеют, накопленные за десятилетия их существования. Сегодня студии-мейджоры – это не павильоны, как в былые времена. Они вообще сейчас не главное. Большинство снимают на натуре или же рисуют 100% декораций на компьютере.

Сегодня большая киностудия – это финансово-юридический институт, инвестиционная компания, у которой бизнес строится на вложениях в производство. За это они получают права на фильмы и создают библиотеки, которые могут бесконечно обновляться правами на новые картины. И все это продается в пакете: вместе с новинкой еще 25-30 старых. Производство на локальных рынках, даже не самое прибыльное, всегда гарантированно вернет им деньги, потому что они всегда легко продадут создаваемый на других территориях продукт вкупе со своими большими мировыми релизами. 

Мы, я сейчас имею ввиду не конкретно Art Pictures, а всех российских производителей, не можем себе многое позволить: мы можем снимать 1-2 фильма в год, у нас проблемы с дистрибуцией, нас грабят пираты, не защищает государство (я не об отдельных персоналиях говорю) и так далее. Большая студия, которая кладет в свою библиотеку очередной фильм, за счет своих больших оборотов может извлекать доход из даже не самых удачных картин. Хорошо, если есть в библиотеке «9 рота» или «Обитаемый остров". Но мы не можем производить только крупнобюджетные картины, у нас нет такого запаса прочности. Чтобы оставаться на плаву, в тот момент, когда мы снимали «Обитаемый остров», на который было потрачено 36 миллионов долларов плюс 10 миллионов на рекламу, мы должны были к середине производства запускать уже новый проект с сопоставимым бюджетом. То есть годовой оборот компании должен равняться как минимум 100 миллионам долларов. А откуда такие деньги у небольшой, пусть и успешной компании? Да, мы заработали какие-то деньги на «9 роте», чуть больше – на «Жаре», прокатали с небольшой прибылью мультфильм «Элька»… вот и все. 

Branded: Ваше сотрудничество с Fox на один фильм или больше?
Д.Р.: Мы очень долго готовили один контракт. И это нормально для двух совершенно разнородных по среде обитания бизнесов: у них за десятилетия выработана своя парадигма, которая не совпадает с реалиями нашего только зарождающегося рынка. Поэтому и пришлось долго искать точки соприкосновения и устранять разногласия. В общем, некий компромиссный вариант контракта мы, Art Pictures, все же подписали. Скажу сразу: он нам, как бизнес-модель отношений не интересен.

При лучших рыночных условиях 2-3-летней давности, мы бы никогда его не подписали. Он слишком сильно ограничивает нас, да и принципы распределения доходов и управления правами не идеальны с нашей точки зрения…

Branded: Получается, что Fox воспользовалась экономическим кризисом?
Д.Р.: Ну, не то, чтобы они воспользовались. Они правильно поступают с точки зрения ведения бизнеса. Тот, кто слабее, должен уступать место тому, кто сильнее. Если будет выживать слабейший, то это уже не эволюция, а деградация. 

Branded: Это уже получается, не сотрудничество, а поглощение…
Д.Р.: Нет, не так. Потому что в условиях кризиса наша задача – сохранить Студию, как сотрудников, как творческий потенциал. Если мы сейчас будем работать, используя только собственные средства, которых немного, то мы худо-бедно будем производить одно кино в год, и ощущать жесткую зависимость и конкуренцию со стороны всех игроков рынка: партнеров по производству, телеканалов, дистрибуторов DVD и Интернет-контента, кинопрокатных компаний. Сейчас для нас лучше снимать как можно больше кино, пусть не на самых выгодных для Студии условиях, но при этом создавать качественный продукт, поддерживать бренд и сохранять людей, которые не должны гадать, выплатят им завтра зарплату или нет. 

Branded: То есть, творчески проект Вам нравится?
Д.Р.: Да. Но я подчеркиваю, и экономически для нас он не убыточный. На вложенные деньги мы будем получать пропорциональную часть доходов. Отдача наша будет, конечно, несоизмерима по объему с отдачей партнера, которая за финансирование получает больше, чем могла бы получить от нас в другое время, аргументируя это участием в творчестве: в подготовке к запуску сценария; обсуждении кастинга, но это все равно не сопоставимо с тем, что делаем мы. 

Branded: Насколько явное это участие Fox в творческой части?
Д.Р.: Изначально у нас была заявка, синопсис и первый вариант сценария. Они предложили большое количество изменений. Потом их script doctor, который перерабатывает сценарий, сократил его до 64 сцен. Сейчас мы на этапе совместной работы: он предоставляет эпизодный план, в который мы вносим правки. Потом его утверждает представитель Fox, как наш со-продюсер. Когда будет дан «зеленый свет», начнутся съемки. Тут уже будет просто вестись наблюдение: Fox уже не вмешивается в работу режиссера. Ну, разве только в случае, если сценарий радикально пересматривается на съемочной площадке. В контракте у них есть право вмешаться в съемки, если фильм превращается во что-то, непредусмотренное сценарием. 

Branded: Были ли другие претенденты на партнерство с Fox?
Д.Р.: Была некая история, в подробности которой мы не стали вникать. Как-то к нам, как к продюсерской компании, пришли независимые продюсеры Елена Нелидова и Евгения Попова и принесли заявку, которая показалась интересной моему партнеру по Art Pictures Федору Бондарчуку. И вот, когда мы искали партнеров на рынке дистрибуции, обратились к нашим старым знакомым, XX Century Fox СНГ, которые занимаются кинопрокатом и дистрибуцией на территории РФ. Спросили, не возьмут ли они наш фильм, если мы его создадим. Они-то и предложили встретиться с Fox International Production, еще одной дочерней компанией, которая специализируется на производстве кино за пределами Штатов. Они как раз открывали подразделение по СНГ. Как оказалось, у них есть… такая же заявка, как наша. Потом оказалось, что эту идею просто «позаимствовали» у наших продюсеров и принесли им, как оригинальную. Недоразумение быстро прояснилось, потому что на тот момент по степени проработанности проекта мы уже были близки к производству. Мы с компанией Fox дальше никуда не ходили и не разбирались, а решили работать вместе. Потому что, теоретически, каждый может экранизировать любое известное произведение прошлого, были бы деньги. Вопрос – в качественном исполнении, и в данном случае наша репутация сыграла решающую роль. 

Сама же киностудия Fox работает по проектам и с другими российскими компаниями. К примеру, над фильмом «Чужая» студии «Профит» Игоря Толстунова. Так что, Art Pictures – не первая и не единственная компания. Да и нужно ли? Зачем им один портфельный партнер? Мы же не должны и не хотим быть прокладкой между продюсерами из Fox и другими российскими производителями. 

Branded: Когда можно ждать выхода «Онегина» на экраны?
Д.Р.: Съемки начнутся в октябре. Съемочный период – около 40 дней, то есть, порядка двух месяцев. Дальше монтаж и запись звука. В марте-апреле 2010 фильм будет готов. 

Branded: На вас представители других мейджоров не выходили?
Д.Р.: У нас был контакт, когда мы работали над «Обитаемым островом». Это был февраль-март 2007 года, позади было уже 2 съемочных месяца. Представители Warner Bros. приехали в Россию для заключения контракта на дистрибуцию с «Каро». Была презентация, в которой участвовали и мы, демонстрируя масштабность – рассказывали про проект, который будет прокатывать «Каро». Вот тогда Warner Bros. высказали интерес поучаствовать в «Обитаемом острове». 

Branded: Вас что-то не устроило?
Д.Р.: Не то, чтобы не устроило… Этот фильм продюсировала не Art Pictures, а группа продюсеров, среди которых были и мы. В общем, они решили, что еще не время, чтобы сдаваться большой студии: лучше сохранить самостоятельность, чтобы самим принимать все решения при создании картины. 

Branded: Может ли в будущем измениться схема работы мейджоров в России, будут ли они покупать отечественные компании?
Д.Р.: Уже покупают, как например, Sony, которые купили Леан-М. Может, у них и нет необходимости приобретать производственные компании, но сейчас они могут это сделать. Раньше рынок был перегрет, поэтому особого желания не было. Сейчас оно может возникнуть, если цены будут корректными. Они входят в рынок, это очевидно. Sony инвестировала в создание Monumental Pictures. Disney сделали свой первый фильм – «Книгу мастеров» со Студией «ТриТэ», в качестве производственной компании. То есть, они уже на нашем рынке и неплохо здесь себя чувствуют. 

По большому счету у нас еще нет ни одного полноценного российского мейджора. Поэтому на это место легко заходят голливудские студии, которые делают российский продукт. Они не снимают здесь фильмы с голливудскими звездами, а берут наших актеров. Они тоже ищут оригинальные российские сценарии, но у них огромная библиотека прав, по которым можно делать римейки – это и быстрей и дешевле. Вкупе с широкими инвестиционными возможностями, все перечисленное позволяет большим студиям наладить серийное производство кино, что, в свою очередь, дает возможность продавать свой продукт по более низкой цене. Свои картины, выпущенные раньше, мейджоры тоже продают по более низким ценам, принуждая остальных производителей либо, снижать цены, либо уходить с рынка. Но и в случае снижения цены, наши компании неизбежно окажутся перед угрозой разорения.

Приведу пример. Мы продаем нашу картину на BlueRay по 1200 рублей, из которых 300 – это себестоимость изготовления. Прибавим логистические расходы, плюс еще до 100% накручивают розничные сети. А большие студии могут позволить себе зарабатывать на диске всего один рубль. Поэтому когда мы видим диски за 400 рублей от компании Fox или Disney, мы понимаем, что можем просто не продать наш продукт. Что делать – не выпускать BlueRay? Но это значит – терять часть дохода, потому что продажи BlueRay растут, а DVD падают из-за «пиратки» и интернета. Хотя, по DVD то же самое.

Branded: Не пострадает ли от такого бизнес-подхода творческая составляющая русского кино?
Д.Р.: Часто за словом «творчество» скрываются непрофессиональные и бесталанные люди. возьмите какой-нибудь наш фильм, побеждающий на каком-нибудь местном кинофестивале: ему нужны 5-6 толкователей, о чем кино. К тому же большие студии снимают как коммерческое кино, так и кино не для всех. Ридли Скотт может снять и «Хороший год», и «Гладиатор». Большие студии могут себе позволить не зависеть от финансовой составляющей результата и ждать дольше, чем мы, когда фильм окупится. Они могут диверсифицировать риски, снимая много разных фильмов по жанру и для разных целевых аудиторий. Для российского продюсера один неудачный фильм – катастрофа. Второго шанса может не быть. Это – несправедливо, но такова жизнь. Так что, возможно, лет через 5 независимых производителей у нас не останется. Кроме разве что сегмента арт-хауса, когда бюджет фильма в 250-500 тысяч долларов финансирует какой-нибудь меценат. Все остальное будет сниматься под мейджорскими брендами. И, кто знает, может, даже хорошее кино будет…