На проходящем с 9 по 19 февраля 2012 года в рамках Берлинского фестиваля Европейском Международном кинорынке в отеле Мариотт работал стенд реорганизованного «Совэкспортфильма», получивший новое название «РОСКИНО/СЭФ».

- На Берлинском кинорынке в Мариотте появился стенд организации «РОСКИНО/СЭФ», которая, насколько я понимаю, стала правопреемницей «Совэкспортфильма». Напомните нашим читателям хронологию событий. 

- О моем назначении генеральным директором «Совэкспортфильма» было объявлено в апреле прошлого года, на традиционной пресс-конференции, посвященной российскому павильону в Каннах. Готовиться и затем проводить мероприятия во время 64 МКФ мне пришлось уже в новом качестве. 

Я приняла компанию со славной историей, но, к сожалению, не в лучшей форме. 

Сейчас происходит реорганизация и смена названия, мы теперь называемся ОАО «РОСКИНО/СЭФ». Это коммерческая структура, со 100% государственным участием, утверждало меня Росимущество. 

В Совет директоров компании входит семь человек: Денис Молчанов, директор департамента культуры и образования правительства РФ, Вячеслав Тельнов, директор департамента кинематографии Министерства культуры, Василий Титов, первый заместитель президента ВТБ, Константин Эрнст, генеральный директор Первого канала, Дмитрий Пристансков,  заместитель главы Росимущества, Игорь Степанов, пресс-секретарь РТРС и я, как генеральный директор. Все члены совета директоров активно интересуются нашей работой. Мы постоянно в контакте. Они, например, очень помогли мне с хозяйственным управлением, нужно было оптимизировать расходы, начать получать хоть какие-то доходы. Повышение арендной платы, например, позволило немного увеличить зарплаты. К сожалению, раньше штат был завышен и при маленьких зарплатах никто не горел желанием работать. Сейчас остались только те, кто действительно готов работать много, человек десять – оптимальный состав. У нас сильная юридическая база.    

- Хозяйственные проблемы сильно мешали воплощению вашей творческой программы? 

- Конечно. Надо было привести в человеческое состояние все, что нам досталось, в том числе архивы. Сейчас совместными усилиями с Ольгой Свибловой готовим выставку плакатов «Совэкспортфильма». Это потрясающее наследство, есть даже плакаты, напечатанные с оригиналов Родченко. 

Начиная с июня, мы работали над PR-кампанией «Фауста». Была проведена очень большая подготовительная работа перед МКФ в Венеции. На тот момент совершенно отсутствовал бюджет, и было очень тяжело. Деньги на продвижение «Фауста» получил Фонд кино, а работать должны были мы. Пришлось привлекать частные средства, благодаря которым и удалось провести достойную рекламную кампанию. Весь остров Лидо был забрендирован «Фаустом», мы пригласили Ричарда Лормана (Richard Lourman) –  одного из лучших пиарщиков, работающих с арт-кино, в тесном сотрудничестве c Арчибальд-фильм, который купил права на Италию, работали с итальянской прессой. Мы создали настроение вокруг фильма с самого первого дня фестиваля. Александр Николаевич Сокуров уже приехал на фестиваль победителем, хотя фильм еще не показывали, о нем говорили все. После фестиваля мы помогли прокатчику с релизом картины в Италии, добавили 20 000 евро на продвижение.   

За эти сумму мы не только способствовали продвижению достойного российского кино. Но и получили кросс-промо, наш логотип стоял на всех видах носителей, на плакатах, в прессе, на биллбордах, в кинотеатрах. Конечно, не стоит забывать, что мы работали на продвижение шедевра, но чтобы бриллиант сверкал, ему нужна оправа, в пластмассе он не будет смотреться. 

- Канны, Венеция, Берлин. Работа на крупнейших международных фестивалях главная стратегия обновленной компании? 

- Есть четкий бизнес-план развития компании на 4 года вперед, который я оплатила за свой счет, так как у компании на тот момент не было средств. Проект достаточно дорогой, потому что им занимались экономисты серьезного уровня. Были долгие консультации и с Алексеем Леонидовичем Кудриным (экс министр финансов России), который, скажу честно, категорически против нынешней системы госфинансирования кино. Но, тем не менее, он посчитал необходимым поддержать «РОСКИНО/СЭФ» серьезной субсидией на 3 года. Через Министерство культуры для нас было выделено финансирование. После ухода Министра финансов, большую часть денег получили не мы. Тут без комментариев. 

За этот период мы также провели две крупные конференции. Совместно с Эдуардом Пичугиным «Кино России 2020» в начале июня на «Кинотавре», посвященную проблемам киноотрасли. Затем в рамках ММКФ обсуждались вопросы на тему «Перезагрузка системы международного продвижения». Выступления были яркими, и нас все стали цитировать, правда, без упоминания оригинала, и даже применять в своей деятельности, что довольно забавно. 

- Теперь давайте поговорим о ваших мероприятиях на Берлинском кинорынке. Почему вы выбрали площадку в Mariott? 

- Выбирая из двух площадок (Mariott и Martin-Gropius-Bau), я окончательно в этом году убедилась, что Мариотт намного интереснее по формату. Все основные компании, потенциальные дистрибьюторы российского кино находятся в Мариотте и Ритце. Мартин Гропиус Бау  – это площадка с большим людским потоком, но эффективность Мариотта очевидна по составу арендаторов. В Мариотт люди приходят целенаправленно. Кстати, напротив нас располагался стенд Adamand Films, продававший все американские проекты господина Роднянского, в том числе и «Мачете». С другой стороны – стенд «Doha –Tribeca-Film-festival». Очень важно правильно себя позиционировать, включая локейшн. На стенде «Роскино/Сэф» были презентованы съемочные возможности «Ленфильма» и Свердловской киностудии, Сергей Сельянов, один из самых значимых продюсеров российской киноиндустрии, предоставил нам право первыми показывать свой новый проект «Кин-дза-дза». Интерес колоссальный, все ждут Каннской презентации. Продюсер Михаил Чурбанов также провел благодаря нам несколько успешных переговоров с потенциальными дистрибьюторами своего нового фильма «Золото», в главных ролях которого снялись Сергей Безруков и Ирина Константиновна Скобцева, кстати, одна из моих любимых актрис. 

Я участвовала от России в дебатах, организованных Берлинским кинорынком и журналом Variety. Наряду с представителями других стран BRIC, из Индии, Бразилии, Китая, меня пригласила участвовать директор EFM (Берлинского кинорынка) Бэкки Пробст, с которой на прошлом Каннском кинофестивале меня познакомил Дитер Косслик, директор Берлинале. Тема индустриальных дебатов называлась "Emerging Markets: Is BRIC the future of international film-making?" Все собравшиеся были суперпрофессионалами, с которыми мы нашли много интересных и перспективных тем, а пару раз обнаружили схожие нелепости в развитии системы ко-продукции в разных странах. 

- В Берлине вы объявили, что открываете в LA фильм-комиссию. Для чего это надо? 

- Во-первых, мы занимаемся поиском американских компаний, желающих сотрудничать с российскими коллегами. Для этого мы сейчас формируем базу. Я думаю, что к моменту Каннского фестиваля уже сможем представить полноценный проект. Вы спросили – для чего нам нужна столица Голливуда. Именно оттуда, а не в обратном направлении, мы легче установим бизнес-контакт с европейскими или азиатскими структурами. Если у нас получится хоть одна серьезная ко-продукция с Америкой, всего одна, и этот фильм дойдет до экранов в России и Соединенных Штатах Америки, это уже большой успех. Дальше к нам будут обращаться и крупные американские компании, и реальные французские, итальянские, и британские продюсеры. Сейчас, я считаю, зафиксирован устойчивый интерес  к большим российским деньгам, которые государство раздает, не до конца просчитав, но ведь это деньги налогоплательщиков. В результате получаем фильмы, которые наши зрители не хотят смотреть, хотя сами авторы это кино называют блокбастерами. Исключение составляют успешные проекты Тимура Бекмамбетова, Константина Эрнста и Анатолия Максимова, того же Сергея Сельянова. 

Также фильм-комиссия в LA нужна для того, чтобы не пропадали уже существующие наработки в этом направлении. Например, когда российский фильм выдвигается на «Оскар» или «Золотой глобус», комиссия помогает собрать все материалы, подготовить PR и рекламную компанию, выполняет координационные функции. В Голливуде хватает недобросовестных людей, которые могут подрядиться и ничего не сделать. 

Мы хотим помогать нашим актером, сейчас делам базу данных российских англоязычных актеров, чтобы предлагать их в зарубежные проекты.   

Разумеется, важная задача привлечь в Россию самую сложную аудиторию – людей, готовых здесь снимать, съемочные группы. Мы также с удовольствием наладим отношения с университетами Калифорнии, которые, имея славянские факультеты, потенциально очень интересны в разных отношениях.   

- Вы уже нашли сотрудников в Лос-Анжелесе? 

- Комиссию мы готовим, начиная с сентября прошлого года. Директором офиса в Лос-Анджелесе стал кинокритик Сергей Рахлин, вице-президент «Золотого глобуса», журналист влияния с обширным кругом знакомств. Мало кто из наших соотечественников, живущих в Америке, имеет столь безупречную репутацию. Его мы задействуем на этапе пиара и общения с прессой. Но нужен был еще один человек для налаживания  контактов с дистрибьюторами,  коммерческими организациями. Элеонора Граната-Дженкинсон много лет в индустрии, отборщик Венецианского фестиваля по Америке, продюсер, работавшая в Pandora и Turner Pictures. Она знает многих правильных людей. И что важнее, правильные люди знают ее. 

- Вы действительно надеетесь на ко-продукцию с Голливудом? 

- В США снимают кино не только голливудские студии. Ко-продукция с США не является каким-то исключительным делом. Компании, затевая ко-продукцию, в первую очередь, снижают риски и увеличивают потенциальный рынок сбыта. В данном случае, Америка, на мой взгляд, один из самых надежных партнеров, потому что там хорошо структурированный и арт-кинорынок, и отлаженный коммерческий прокат. Это направление позволит менее болезненно и рискованно вкладывать деньги российских кинокомпаний. И, в первую очередь, рассчитывать на американский прокат. Сейчас в США, помимо кинотеатрального проката, адекватные деньги, а порой и большие, зарабатывают альтернативные формы дистрибьюции. Компании как NETFLIX, HULU заключают огромные сделки. Европейское кино там может заработать вплоть до миллиона долларов. Предложения по дистрибуции мы уже получили. Это альтернативные формы распространения, то, что называется Video on Demand, так называемый VoD, видео по запросу. 

Мы хотим помочь реальным проектам из России найти реальных партнеров в Америке. Не изображать движение, а действительно способствовать контактам между кинематографистами. 

- Россия вступила в Евромаж и это позволяет искать партнеров по всей Европе. А с США есть подобное соглашение? 

- Пока нет. Мы взяли на себя инициативу и отправили в МИД России свои предложения. Бумажная работа занимает очень много времени, но есть информация о том, что наш МИД сейчас активно работает с Госдепом США, так как год назад к ним уже обратились с подобной инициативой, Евгений Савостьянов из «Системы Масс-медиа», некая ассоциация с их участием. Так что все двигается довольно бодро. Если возникнут какие-то проекты в течение года, мы сможем привлекать канадскую сторону, так как с Канадой соглашение о сотрудничестве в области кинематографии уже существует. Министерство культуры нам очень содействует во всех наших начинаниях. Отдельно отмечу главу кинодепартамента Вячеслава Тельнова и их международника Константина Гаврюшина. 

- А как «РОСКИНО/СЭФ» работает с российскими продюсерами, режиссерами? 

- Мы оказываем консультации. Я в постоянном контакте со всеми критиками, которые имеют международную репутацию. Это огромный пласт моей работы – встречаться и разговаривать, а потом определять перспективность проектов. 

Кино ведь не машиностроение, не просто бизнес. Кино – и техника, и бизнес, но, в первую очередь, это душа. Если за этим не стоит продуманная история «зачем мы это снимаем», «кому мы это адресуем», то какой смысл затевать проект? 

У нас уже выстроилась цепочка. Есть Российский павильон на Каннском кинофестивале, площадка, где мы представляем новые проекты. Например, в прошлом году мы устроили презентацию проектов для ко-продукции. Алексей Герман-младший приехал в Канн, после того как прислал сценарий, я его прочитала, проплакала дня два и пригласила его в Канн на презентацию проекта. В нашем Павильоне он представил будущий фильм, на следующий день ко мне обратились продюсеры из Украины и Германии. На днях они совместно с украинцами запустились в Одессе с картиной «Под электрическими облаками». Для нас это вдвойне приятно. 

Ко мне уже сейчас обращается много молодых ребят, из ВГИКа, например, которых мы консультируем. Из уже успешных - Арсен Готлиб – артовый продюсер приходил с несколькими идеями, мы обсуждаем его будущие проекты, Екатерина Филиппова тоже пытается продвигать фильм «Все ушли» Георгия Параджанова с нашей помощью. Мы консультируем картину Александра Прошкина «Искупление» по роману Фридриха Горенштейна, ее по каким-то причинам не взяли в Берлин, я считаю при определенных усилиях, при правильном подходе, это блестящая работа большого мастера, должна получить признание. Встречаемся с иностранцами, выясняем их интерес к российским проектам. Также помогаем продвигать готовый продукт. Мы готовы вести проекты и на этапе съемочной площадки, выстраивать грамотное международное сопровождение, доносить до фестивалей, дистрибьюторов, сейлз-агентов и прессы, что есть такие проекты. Это должно стать системой. 

- Намерены ли вы, как в творческом агентстве, подбирать партнеров? 

- Да. Например, к нам сейчас обратился Алексей Учитель. У него есть прекрасный сценарий и нужны партнеры для ко-продукции с Англией и США. В данный момент ищем для него актера и ведем переговоры с агентами Майкла Фассбендера - британской компанией «Тройка». Я с этой компанией давно знакома и, надеюсь, что наши прекрасные человеческие и коллегиальные отношения окажутся результативными. Я консультирую сейчас все проекты Алексея Учителя. Они все, кроме «Восьмерки», международного масштаба, особенно «Кшесинская». По поводу Фассбендера к нам, кстати, обращался иАлександр Миндадзе. Похоже, господин Фассбендер самый востребованный актер российского кино!  Правда, по совместительству, он еще и один из самых востребованных актеров мира сегодня, поэтому забукировать его, я отдаю себе в этом отчет, архисложно.   

- Какие предложения вы получили от иностранных продюсеров в Берлине? 

- Мы получили около 25 предложений из Америки. Часть из них не очень интересные, другие просто пустые. Но я была, честно сказать, потрясена таким интересом. Среди всех предложений можно выделить несколько перспективных. 

Сейчас на стадии обсуждений находится проект продюсера Николаса Шартье. Напомню, он был среди продюсеров фильма Кэтрин Бигелоу «Повелитель бури» и в 2010 году получил «Оскар». Сейчас компания в том же составе делает новый фильм Бигелоу. Они обратились к нам с предложением работать над картиной, действие которой полностью происходит в Санкт-Петербурге. Наша задача найти для них сильных партнеров. Не скрою, у нас большая конкуренция, так как над тем же предложением работают кинокомпании в Праге и Будапеште. И вы прекрасно знаете разницу в ценовой политике. Дороже, чем у нас, нигде не снимают. Но все же мы пробуем как-то оптимистично к этому подходить и использовать наши связи на всех уровнях, включая федеральный. 

Есть еще один интересный проект, который мы обсуждаем с продюсером Джулианом Фавром, DiViant Production. В данный момент он снимает фильм с Лораном Канте, обладателем «Золотой пальмовой ветви» 2008 года за «Класс». Новый фильм называется «Foxfire». Джулиан хочет снять психологический триллер в жанре фэнтези, действие которого разворачивается в России. 

Еще один проект принесла Кэт Вилиэрс. Она очень успешный продюсер, наверно, одна из лучших в Голливуде. Ее приход меня порадовал особенно. Я очень люблю ее картину «Ничья земля» Данисы Тановича, это сильный оскаровский фильм. Если люди такого уровня готовы работать с нами, значит, мы правильно представили нашу стратегию. Кэт предложила нам поработать с Талой Хадид, художницей и режиссером. Несколько лет назад Тала получила Оскар за лучший короткометражный фильм. Она племянница одного из ведущих архитекторов мира Захи Хадид. Собственно Заха и выступает художественным руководителем данного проекта, под названием «Узкая рамка полуночи». История недорогая, с российской стороны требуется около 200-250 тысяч евро, в зависимости от налоговых платежей. С американской стороны фильм финансируется Институтом кинофестиваля Sundance, Британским киноинститутом и The Doha Tribeca Film. С российской стороны уже приглашен оператор Александр Буров, оператор картин «Отец и сын» и «Александра» Александра Сокурова. В фильме Талы предусмотрено несколько эпизодов в России, может быть, даже с участием наших актеров. Я думаю, что для российского партнера это может стать входным билетом на международные фестивали. Есть, например, информация о том, что этим проектом уже интересуется в Каннах. 

Мы ведем переговоры с голливудской компанией Lakeshore Entertainment. Напомню, что среди их достижений –  оскаровский фильм Клинта Иствуда «Малышка на миллион». Элеонора Граната-Дженкинсон уже встречалась с главой Томом Розенбергом. Он и предлагает  четвертую и пятую части «Подводного мира» снимать полностью в России. Господин Розенберг надеется найти у нас софинансирование и студию производителя. На таком проекте можно и удачно вложиться, и заработать. Такие фильмы всегда имеют  гарантированный прокат. Предыдущие три фильма франшизы кумулятивно собрали более 400 млн. долларов. 

- По каким параметрам вы подбираете отечественные компании? 

- Важно понять, каков бюджет будущего фильма. Если я вижу, что продюсеры имеют дело с ограниченным бюджетом, например, около 2 миллионов долларов, то это одни партнеры, если зарубежные кинокомпании готовы в России потратить 10 миллионов – другие. Мы сами не занимаемся продюсированием конкретных фильмов. Мы консультируем и выступаем в роли агентства полного цикла. 

Я пятнадцать лет работаю в нашей индустрии. Когда я начинала, ее, этой индустрии, еще и не было, мы росли вместе. Поэтому уверенно могу заявить, что знаю все о происходящем сегодня в российском кинобизнесе и могу дать совет по любому направлению, к тому же в «Роскино» у меня сильный заместитель именно по юридической части, моя тезка Екатерина Байрамова. Разумеется, все решения и риски с обеих сторон, на себя в дальнейшем берут продюсеры. На следующем этапе «Роскино» выступит с позиций международного продвижения этих проектов, что особенно важно для российских производителей. 

- А в чем ваша ответственность? 

- Мы будем вести проекты и собираемся зарабатывать на своих услугах на всех этапах, начиная с препродакшн. Мы подписываем договоры, обязуемся, что фильмы будут сняты в определенные сроки, несем ответственность за компании с той и другой стороны. Но не выступаем финансовыми гарантами. Более того, «РОСКИНО/СЭФ» - коммерческая структура и может и должна зарабатывать. Конечно, проект проекту рознь. Например, Элеонора встречалась с директором офиса Тимура Бекмамбетова в ЛА и они нашли общий язык и понимание. Даже Тимуру, достаточно успешно вошедшему в Голливуд, необходима посредническая  компания, которая будет представлять его интересы по обе стороны океана на этапе продвижения. Мы только "за". Но если мы консультируем бутиковые арт-проекты, конечно, вопрос другой. Когда будем зарабатывать на консультациях, на пиар и рекламных кампаниях, наши деньги (госсубсидию) сможем тратить уже на продвижение именно арт-направления российского кино. 

- То есть в случае заключения договора, вы будете получать определенный процент? 

- Разумеется. 

- Зарубежные кинокомпании проявляют активность в «РОСКИНО/СЭФ». Какие Вы получаете предложения в России? 

- За неделю к нам обращаются 3-4 компании. Часто – странные. Никому неизвестные в киноиндустрии, но видно, что с деньгами. И у всех одна цель – попасть в Канн. Мы с такими стараемся дела не вести, это не наш формат. Работаем только с теми, кто реально представляет интересы российского кино. 

Я в прекрасных отношениях со всеми ведущими продюсерами. Начиная от Леонида Эмильевича Верещагина, заканчивая Константином Львовичем Эрнстом. И именно им я, в первую очередь, буду предлагать те проекты, которые у нас инициированы. Но это не значит, что мы не работаем с теми, кто поменьше масштабом. Компании Романа Борисевича или Арсена Готлиба мне не менее интересны. Мы работаем с теми, кто желает с нами работать. 

- Работаете ли вы над созданием фильм-комиссий в России? 

- Я дружу с большинством губернаторов нового поколения, они все, без исключения, за то, чтобы на их территориях снималось кино. Но, с другой стороны, все решается на федеральном уровне и без участия Минфина, Государственной Думы, так что все разговоры теряют смысл. 

Сейчас мы работаем со Свердловской областью. Там есть киностудия, гендиректор которой Михаил Чурбанов, продюсер, выступает официальным консультантом правительства региона. Написали официальное письмо на имя губернатора края Александра Сергеевича Мишарина. Думаю, после выборов дела пойдут пободрее. Нам пообещали к Каннскому фестивалю представить концепцию развития киноиндустрии в области. 

Сотрудничаем с тульским губернатором Владимиром Груздевым. Это мегауспешный бизнесмен, построивший сеть «Седьмой континент».  Когда такие люди становятся губернаторами – я считаю, в России далеко не все так плохо, как это кажется в плохую погоду. 

Мы начали говорить о создании кинокомиссии, со всеми вытекающими отсюда перспективами, с губернатором Кировской области Никитой Белых. Область расположена близко к Санкт-Петербургу, а, значит, рационально решается вопрос доставки съемочной техники. 

О красоте регионов говорить излишне. Каждый регион России уникален. Я вспомнила фотовыставку Антона Ланге – он снимал Россию от Калининграда до Владивостока, от Сочи до Мурманска. Я была потрясена разнообразием фактуры. Этот проект финансировала РЖД и я подумала – вот проект, который останется на века и их руководство за это всегда будут вспоминать добрым словом. Кстати, я попросила Антона предоставить нам часть фотографий для подготовки презентации регионов. Он без колебания согласился. Это общее дело – позиционировать Россию в мире. Она очень красивая, надо только ее правильно раскрыть, через искусство и правильных людей. 

Есть контакты в Приморском крае. В сентябре там состоится саммит АТЭС 2012, в рамках которого «РОСКИНО» будет организовывать кинофорум на тему инвестиций. Проведем конференции, презентации проектов с учетом профессионалов азиатско-тихоокеанского рынка. 

Я надеюсь, что на фильм-комиссиях тоже будем зарабатывать определенный процент, потому что мы знаем, как привлечь в регионы деньги иностранных съемочных групп и таким образом содействовать развитию инфраструктуры. Безусловно, здесь важен общий политический климат в стране. Но я абсолютная оптимистка. Для меня чаша всегда наполовину полна. 

- Какие планы на Канны? 

- О планах работы на Каннском кинофестивале мы объявим в ближайшее время на пресс-конференции в Москве. Обязательно вас пригласим. Я очень ценю ваш сайт и профессиональный подход к подаче новостей. 

- Спасибо. Вот вы сейчас нацелены на Америку, Европу… 

- Азию держим в уме! С Китаем уже есть договор. Но пока его мало используют. В Канне в Российском павильоне в прошлом году было объявлено о создании Российско-китайского фонда с уставным фондом 50 млн. долларов, между «Система Масс-медиа» и концерном Huawei. Я надеюсь, они уже продвинулись в сторону съемок. 

С Леонидом Демченко, который курирует Россию в Евримаж, сейчас готовим договор  с Индией и Великобританией. Готовим письма в МИД. Приятно, что на всех этапах от МИДа до Минкульта, в основном встречаем понимание, правда, и бюрократии хватает.   

- Ближнее зарубежье входит в сферу Ваших интересов? 

- Сейчас готовим программу фильмов для недели российского кино на Украине, в Армении и Казахстане. Незадолго до Берлина я встречалась с исполнительным директором Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества государств-участников СНГ (МФГС) Арменом Смбатяном. Он был крайне любезен и со своей стороны готов нам содействовать. На будущий год запланировали показы российского кино в Грузии, в Батуми. Идея Батуми мне очень понравилась, потому что в столице хорошо, но Батуми –  красивейший город на море. 

- А Прибалтика? 

- Думаю, Прибалтику будем развивать со временем. Есть свои сложности. С коммерческой точки зрения прибалтийский рынок не имеет особого потенциала. Тут скорее идеологические причины важны, российское кино для русскоязычного населения. Планов очень много. Для того чтобы их все реализовать нужно расширять компанию. К сожалению, по закону, я  не могу платить зарплату из субсидии. При этом каждое направление должен вести как минимум один человек. Поэтому мы работаем на аутсорсинге, как российского, так и международного формата. 

Кстати, в прошлом году по госконтракту мы оплатили участие в международных кинорынках и фестивалях 15 фильмам, например «Охотник» Бакура Бакурадзе на Каннском фестивале, «Generation П» Виктора Гинзбурга на Международном кинофестивале в Торонто, «Фауст» на Венецианском кинофестивале, «Упражнения в прекрасном» Виктора Шамирова в Одессе, «Бедуин» Игоря Волошина в Карловых Варах, «Одну войну» Веры Глаголевой на кинофестивале в Монреале. 

Главное, в любом случае, желание работать, а друзей и партнеров под перспективные проекты мы всегда найдем. Когда столько лет в профессии, люди вокруг становятся частью твоей жизни. Я всю жизнь занимаюсь кино и не верю тем, кто произносит пустые слова, но кино не любит. Без любви ничего не бывает. Ни в кино. Ни в жизни. 

Реклама

Комментарии

Чтобы написать комментарий авторизуйтесь на сайте, либо используя свой аккаунт в

или зарегистрируйтесь

Реклама